Где хранится "Золотой мяч" Льва Яшина: вдова вратаря завещала трофей другому музею
Как вратарь обыграл всех полевых
Сначала — контекст, без которого трофей не понять. После чемпионата мира — 1962 Яшина сделали главным виновником неудачи сборной СССР и освистывали на стадионах. Ответом стал 1963 год: "Динамо" взяло чемпионство, Яшин пропустил шесть мячей в 27 матчах, а 23 октября отстоял за сборную мира в "матче века" с Англией на "Уэмбли". Жюри France Football из 21 журналиста поставило его выше Джанни Риверы и Джимми Гривза — так вратарь впервые и единственный раз в истории получил "Золотой мяч".
Сам Яшин признавался: только международное признание "заставило журналистов и публику окончательно реабилитировать меня дома".
Награду, к слову, привезли в Москву лишь 27 мая 1964 года — вручать её прилетел лично главный редактор France Football Макс Юрбини.
Квартира, спорткомитет и копия для "Динамо"
Долгие годы трофей просто стоял дома у Яшиных. После смерти вратаря в марте 1990 года семья передала "Золотой мяч" в Государственный музей спорта на улице Казакова в Москве — об этом рассказывала дочь Ирина. Вдова Валентина Тимофеевна подтверждала это и в 2021 году в интервью "Комсомольской правде".
"Золотой мяч" Льва Ивановича в музее, в спорткомитете", — говорила Валентина Яшина.
Интуиция подсказывает искать трофей в музее "Динамо" — клуба, которому Яшин отдал всю карьеру. Но там выставлена копия. К столетию клуба обсуждали переезд оригинала на "Динамо", однако подлинник по сей день стоит в зале "Футбол" Государственного музея спорта — вместе с орденом, игровой формой и знаменитой кепкой. Валентины Тимофеевны не стало в 2022 году: она пережила мужа на 32 года, до конца оставаясь хранительницей его наследия.
В музее "Динамо" — копия. Оригинал — на улице Казакова, 18, в Государственном музее спорта.
Почему трофей не тускнеет
В 2019 году France Football учредил приз лучшему вратарю года и назвал его "Трофеем Яшина", а в 2020-м признал советского голкипера лучшим вратарём в истории футбола. Другие теперь получают награду его имени — а его собственная так и осталась единственной в своём роде.